English version: Vasilevskaya K.N., Kabardov M.K., Nourkova V.V. Individual differences and types of autobiographical memory
Психологический институт Российской академии образования, Москва, Россия
Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова, Москва, Россия
Московский городской психолого-педагогический университет, Москва, Россия

Сведения об авторах
Литература
Ссылка для цитирования

Одной из актуальных задач исследований автобиографической памяти является изучение индивидуальных различий в работе данной мнемической системы. За последнюю четверть века накоплены обширные знания о функциях, структуре и закономерностях автобиографической памяти, однако результаты дифференциально-психологического изучения этой сферы противоречивы и неоднозначны. В данной работе реализуется функционально-типологический подход к анализу индивидуальных различий. Выборку составили 213 испытуемых (68 мужчин, 145 женщин) в возрасте от 17 до 86 лет (средний возраст 34,5 года). В качестве системообразующего признака индивидуального стиля работы автобиографической памяти выделяется ее ведущая функция в жизнедеятельности личности. Показано, что ведущая функция задает вектор развития системы структурных характеристик автобиографической памяти. Выявлены гендерные и возрастные особенности автобиографической памяти. Эмоционально негативно окрашенные воспоминания более широко представлены у женщин; максимальное тематическое и функциональное развитие автобиографическая память получает у людей среднего возраста. Выделено четыре типа структурно-функциональной организации автобиографической памяти: коммуникативный, саморегуляционный, прагматический и экзистенциальный; каждый обнаруживает специфическую связь с типологическими свойствами нервной системы и своеобразием личностных особенностей субъекта.

Ключевые слова: автобиографическая память, индивидуальные различия, функционально-типологический подход, психофизиология, свойства нервной системы, коммуникативный тип, саморегуляционный тип, прагматический тип, экзистенциальный тип

В настоящее время представления о памяти как унитарном процессе сменились моделью памяти как ансамбля взаимодействующих мнемических подсистем, согласованно выполняющих функции фиксации, переработки и использования мнемических содержаний в поведении и сознании (см. [Нуркова, 2006]). Выделяются следующие блоки (подсистемы): сенсорный регистр, блок распознавания информации (распознаватель), рабочая память и долговременная память.

В свою очередь, долговременная память включает в себя процедурную и декларативную память. В декларативной памяти выделяют подсистемы семантической (Мак Квиллиан), эпизодической (Э.Тульвинг) и автобиографической памяти (Дж.Робинсон).

Выделение перечисленных подсистем как относительно самостоятельных блоков памяти основано на целом ряде эмпирически установленных закономерностей их работы, среди которых функциональное своеобразие, неоднородная чувствительность к воздействиям, клинические факты избирательного поражения, специфика нейрофизиологического субстрата и др. – более подробно см. [Нуркова, 2008].

В отечественной психологии сложилась плодотворная традиция дифференциально-психологического исследования памяти. Проведена типология мнемических процессов на память-запечатление и память-переработку информации [Изюмова, 1995], изучены психофизиологические основы мнемических способностей [Голубева, 2005]. В отечественной психологии не ставилась специальная задача дифференциально-психологического исследования подсистем декларативной памяти. Задачей данной работы стало изучение индивидуально-типологических особенностей автобиографической памяти.

Проблема индивидуальных особенностей автобиографической памяти

В настоящее время в зарубежной психологии доминирует «монопараметрическая» методология исследования индивидуальных различий в автобиографической памяти. Суть данного подхода заключается в поиске статистических связей между особенностями организации или содержания воспоминаний и некоторыми внешними переменными. Основной массив исследований сконцентрирован вокруг исследований влияния половозрастных особенностей, личностных свойств и социокультурных характеристик.

Проблема гендерных различий автобиографической памяти представлена в ряде исследований, однако опубликованные результаты носят противоречивый характер. Так, было показано, что автобиографические воспоминания женщин сильнее эмоционально окрашены [Siedlitz, Diener, 1998]; носят более конкретный, «эпизодичный» характер, ориентированы на конкретную жизненную задачу (прагматичны) [Pillemer et al., 2003]. Женщины актуализируют больше воспоминаний, относящихся к детству [Davis, 1999; Fivush, 2003; Niedzwienska, 2003]. Мужчины же обнаруживают тенденцию к большей конструктивности воспоминаний, то есть к последующей переработке, подчеркивающей оригинальность воспоминаний [Ross, Holmberg, 1990]. Показательно, что наблюдается согласованность в мета-оценке качеств воспоминаний, продуцируемых представителями разных полов: и мужчины, и женщины уверены, что именно женщины лучше запоминают личностно отнесенные события [Ross, Holmberg, 1990]. Объяснение этого факта предложено в работе Робин Файвиш [Fivush, 2004]: показано, что автобиографическая память формируется в процессе детско-родительского речевого общения. Обращаясь к воспоминаниям ребенка, родители по-разному формулируют свои вопросы, акцентируя практические цели с мальчиками, и коммуникативные цели – с девочками.

В то же время ряд исследований свидетельствует об отсутствии устойчивых гендерных различий в функционировании автобиографической памяти [Rubin et al, 1999; Rubin, 2000; Jinliang, 2004], в том числе метаанализ исследований автобиографической памяти, обобщивший данные 1241 испытуемого в возрасте 20–93 лет [Bertsen, Rubin, 2002].

Возрастные особенности респондентов также обнаруживают неоднозначную связь с параметрами автобиографической памяти. Хотя ряд авторов указывают на обеднение феноменологических характеристик автобиографических воспоминаний у пожилых людей [Piolino, et al., 2006], показано, что суть событий прошлого испытуемые передают одинаково хорошо независимо от возраста [Bluck, 2001]. Противоречивые результаты приводятся относительно эмоциональности воспоминаний: ряд исследований показывает повышение эмоциональности с возрастом [Labouvie-Vief et al., 2003], другие же – понижение эмоциональности воспоминаний с возрастом [Pasupathi et аl., 2002]. Аналогично и со знаком эмоций: есть исследования, свидетельствующие об увеличении количества негативных воспоминаний с возрастом [Alea, Bluck, Semegon, 2004], и – об увеличении позитивных воспоминаний с возрастом [Rice, Pasupathi, 2010]. Более пристальный анализ полученных данных позволил предположить, что форма организации взаимодействия с испытуемыми (наличие или отсутствие подсказок) оказывает существенное влияние на объем доступной для воспроизведения информации.

Важно отметить, что противоречивые результаты обнаруживаются только в исследованиях отдельных воспоминаний, но в то же время общий объем автобиографической продукции, актуализируемой при инструкции «вспомнить самое главное», не зависит от возраста и стремится к специфичной для данной личности константе. Данный факт обнаруживается вполне устойчиво (см. например [Rubin, 1997; Burt, Kemp, Conway, 2001]).

Проблема личностных особенностей автобиографической памяти представлена в целом ряде исследований. У депрессивных испытуемых обнаружена склонность к псевдовоспоминаниям [Merckelbach et al., 1997] и специфический «стиль обобщенных воспоминаний» [Williams et al., 1999], то есть выявлены затруднения в доступе к конкретным, богатым перцептивными деталями эпизодам прошлого.

Аналогичные нарушения памяти были найдены и у пациентов с расстройством пищевого поведения [Dalgleish et al., 2010]. На клиническом материале было показано, что специфика автобиографической памяти соответствует специфике психиатрической симптоматики [Николаева, Арина, Каюкова, 2003]. Например, у истерических больных воспоминания носят инфантильный характер; передается только внешняя сторона событий, без интерпретаций; события приукрашиваются, трудности игнорируются и т.д. У депрессивных больных происходит фиксация негативного значения событий, акцентирование болевого опыта, драматизация событий, возникает ощущение «потери себя». Аналогичные выводы о том, что искажения автобиографической памяти специфичны и соотносимы с личностными нарушениями, получены и при исследовании воспоминаний у больных с юношеской депрессией и шизоаффективным психозом [Немова, 2004].

Влияние личностных черт на специфику автобиографической памяти удалось найти только с применением функционального подхода: показано, что индивидуальные личностные особенности проявляются именно в тех задачах, для решения которых субъект обращается к своим воспоминаниям (в целях поддержания коммуникации, установления социальных контактов, саморегуляции и др.). Так, нейротизм (по опроснику NEO) связан с использованием воспоминаний в целях самоопределения, для размышления о негативном прошлом; экстраверсия – с коммуникативной функцией; черта «открытость опыту» – с воспоминаниями, указывающими на жизненное предназначение и смерть, то есть обращенными к экзистенциальной функции автобиографической памяти [Cappeliez, O’Rourke, 2002]. Важно отметить, что полученные закономерности обнаружили связь личностных особенностей не с формальными параметрами автобиографической памяти, а именно с функциональной ее составляющей.

Функции автобиографической памяти

Функции автобиографической памяти – это те задачи, для решения которых субъект обращается к своим воспоминаниям. Функциональный подход, провозглашенный Найссером, получил в наши дни широкое распространение [Niesser, 1978; Pillemer, 2003; Conway, 1996; Bluck, 2003; Wilson, Ross, 2003; Pasupathi, 2003; Нуркова, 2000; Василевская, 2008].

Наиболее известная классификация функций автобиографической памяти предложена Дэвидом Пиллемером [Pillemer, 1992]: личностные, коммуникативные и директивные функции.

К коммуникативным (или социальным) функциям автобиографической памяти относятся функции установления новых контактов и поддержания старых отношений, облегчения социального взаимодействия [Cohen, 1998], достижения социальной солидарности [Nelson, 2003]. Автобиографические воспоминания и рассказы делают общение более правдоподобным, достоверным и убедительным [Pillemer, 2003].

Личностные функции автобиографической памяти – это группа функций, направленных на поддержание идентичности, чувства тождественности самому себе. В ней можно выделить два блока: саморегуляционные функции [Pasupathi, 2003] (обращение к воспоминаниям как способ регулировать свое эмоциональное состояние, оживлять чувства и эмоции, регулировать мотивацию) и экзистенциальные функции [Нуркова, 2000] (оценить личностное развитие, отслеживать изменения, познать себя).

Группа директивных (или прагматических) функций автобиографической памяти [Pillemer,1992] объединяет функции, описывающие планирование будущих действий, извлечение уроков из событий прошлого, передачу опыта, решение актуальных жизненных задач с опорой на личный опыт и т.д.

Организация и методы исследования

В настоящей работе мы ставим перед собой задачу выявить индивидуально-типологические особенности автобиографической памяти.

Традиция типологического подхода, сложившаяся в отечественной психологии, на наш взгляд, является продуктивной для разработки поставленной проблемы. Проведенные дифференциально-психологические и психофизиологические исследования позволили обосновать, с одной стороны, роль типологической концепции для анализа и оценки познавательных, коммуникативных и личностных особенностей [Кабардов, 2004]. С другой стороны, выявлены устойчивые взаимосвязи определенных сочетаний свойств нервной системы, лежащих в основе стилевых особенностей психических функций.

Опора на указанную отечественную исследовательскую традицию, а также анализ существующих в зарубежной литературе данных об индивидуальных различиях автобиографической памяти дают нам основания полагать, что для создания типологии автобиографической памяти перспективно применение функционально-типологического варианта данного подхода.

Суть функциональной типологии заключается в том, что в качестве системообразующего признака общего стиля работы автобиографической памяти предлагается ведущая функция обращения к данной мнемической системе в жизнедеятельности личности. По нашему мнению, именно ведущая функция задает вектор развития конкретных структурных характеристик автобиографической памяти, закономерно сочетается с выраженностью определенных свойств нервной системы и, при определенных условиях, дает возможность ее активного преобразования.

Выборка исследования

В исследовании приняли участие 213 человек, из них 68 мужчин и 145 женщин. Возраст испытуемых составил от 17 до 86 лет (ср. знач. = 34,5 лет, ст. откл. = 15,36; асимметрия и эксцесс не превышают |1|, то есть соответствуют нормальному распределению).

Специфической особенностью АП является относительно поздний возраст ее формирования в онтогенезе, в связи с этим выборка данного исследования включает широкий возрастной диапазон.

Методики исследования

По итогам проведенного теоретического анализа были сформулированы основные требования к методической части комплексного исследования, объединяющего следующие параметры.

1. Структурные характеристики автобиографической памяти определялись с помощью модифицированной методики «Линия Жизни» (ЛЖ) [Нуркова, 2000], представляющей собой графическую методику, на бланк которой испытуемый наносит «значимые события своей жизни» в хронологическом порядке, одновременно ориентируя их по шкале «позитивности-негативности». Обработка полученных бланков позволяет выделить ряд индивидуально устойчивых количественных показателей работы автобиографической памяти: общее количество воспоминаний, плотность воспоминаний (количество воспоминаний / возраст испытуемого), количество позитивных воспоминаний, количество негативных воспоминаний, индекс эмоциональности (количество позитивных / количество негативных воспоминаний), возраст первого воспоминания, количество тем (которыми можно описать все события, представленные на бланке), наличие события «мое рождение».

2. Оценка функций автобиографической памяти проводилась с помощью трех методик: Reminiscence Function Scale (RFS) [Webster, 1999], Thinking About Life Experiences (TALE) [Bluck, 2003] и «Функции автобиографической памяти» (ФАП) [Василевская, 2008]. Опросник RFS Джефри Вебстера, любезно предоставленный нам автором, позволяет получить суммарные баллы по 8 функциям АП: снижение скуки; подготовка к смерти; идентичность; решение проблем; общение; поддержание близости; оживление горечи; учить / информировать. Опросник TALE Сюзан Блак включает 3 шкалы: оценки личностной, социальной и директивной функций автобиографической памяти, а также 2 дополнительных пункта – оценки испытуемыми частоты их обращения к воспоминаниям и частоты их рассказов о своих воспоминаниях.

Апробация зарубежных опросников на выборке российских испытуемых обнаружила ряд специфических особенностей, затрудняющих их использование в нашей культуре: акцентирование негативного жизненного опыта (смерть близких, горечь утраты и проч.) вызывает неприятие у наших испытуемых; формулировка «прямых» вопросов (например, «я часто использую воспоминания в целях поддержания социальных контактов») требует высокого уровня рефлексии от испытуемых.

В связи с этим нами был разработан опросник «Функции Автобиографической Памяти» (ФАП), содержащий 5 шкал: коммуникативная, саморегуляционная, прагматическая функции, полифункциональность и зрелость автобиографической памяти. Более подробно о процедуре разработки и апробации опросника см. [Василевская, 2008].

3. Личностные черты оценивались с помощью опросника 16ЛФ Р.Кеттела (текст опросника в версии И.М.Карлинской [Карлинская, 1998]), который является распространенным диагностическим инструментом, прошедшим стандартизацию на отечественной выборке.

4. Психофизиологические характеристики включали ряд параметров ЭЭГ, запись проводилась на электроэнцефалографе «Нейро-КМ» с программой обработки Brainsys, при монополярном отведении, повторялась при закрытых и открытых глазах. Перечень параметров исследования состоял из двух блоков: показателей альфа-ритма (частота, амплитуда, мощность пика и суммарная мощность альфа-диапазона) и показателей навязывания частот 4, 5, 6, 7, 18, 25 и 10 Гц. Оценка реакции усвоения ритма проводилась по проекции зрительного анализатора, в затылочном отведении (точка О1 по международной системе 10–20). Реакция усвоения ритма низких и высоких частот используется как ЭЭГ-критерий оценки типологических свойств нервной системы (силы-слабости и лабильности-инертности соответственно) [Голубева, 2005]. Показано, что типологические свойства нервной системы оказывают существенное влияние на работу различных мнемических подсистем [Голубева, 2005; Изюмова, 1995] и обуславливают индивидуальное развитие коммуникативных и когнитивных способностей [Кабардов, 2000].

5. Дополнительно использовался опросник Life Style Scale (LSS) Р.Керна, результаты которого представляют оценку по 5 шкалам: контроль, перфекционизм, потребность в одобрении, самооценка, ожидания.

Для обработки данных использовался пакет статистических программ SPSS 15.0.

Результаты и их обсуждение

Половозрастные различия

Различия между данными мужчин и женщин оценивались с помощью однофакторного дисперсионного анализа. Выше мы ссылались на исследование, согласно которому испытуемые обоих полов согласованно приписывают женщинам лучшее запоминание личностно значимых событий. Результаты данного исследования не подтверждают данную гипотезу и в целом согласуются с данными метаанализа [Rubin, 2000]: общее количество воспоминаний незначимо различается у мужчин и женщин.

Вместе с тем женщины отмечают большее количество негативных событий на бланке «Линии жизни», чаще обращаются к своим воспоминаниям в целях коммуникации (коммуникативная функция, опросник ФАП) и чаще показывают возможность полифункционального использования воспоминаний (см. табл. 1). Мужчины же почти в два раза чаще отмечали специфическое событие «мое рождение» на бланке «Линии жизни».

Таблица 1
Сводная таблица статистически значимых различий в показателях автобиографической памяти у мужчин и женщин

Типологические особенности автобиографической памяти

Основная цель настоящего исследования состояла в выявлении типологических особенностей автобиографической памяти. Теоретические позиции авторов заключаются в том, что подобная типология немыслима без комплекса структурных, функциональных, личностных и физиологических переменных. Все анализировавшиеся переменные были факторизованы (метод главных компонент с варимакс-вращением). Результаты представлены в табл. 3; переменные отсортированы по убыванию факторной нагрузки.

Таблица 3
Результаты факторного анализа

«Прагматический тип» автобиографической памяти

Воспоминания актуализируются преимущественно для извлечения жизненных уроков из прошлого и планирования будущих действий. Специфика структуры данного типа автобиографической памяти состоит в существенном преобладании позитивных воспоминаний над негативными и выраженной тенденции включать автобиографический факт «мое рождение» в список значимых событий прошлого. Носители данного типа АП характеризуются высоким социальным интеллектом (N) и гибкостью (Q1). Как показало ЭЭГ-исследование, при предъявлении фотостимуляции с частотой 4 Гц (F = 4,820, p = 0,020) и 6 Гц (F = 5,383, p = 0,016) у испытуемых с высоким уровнем прагматической функции отсутствует реакция усвоения. Таким образом, испытуемые с прагматическим типом автобиографической памяти чаще проявляют свойство силы нервной системы. (Более подробное описание результатов ЭЭГ-исследования будет представлено вниманию читателей в отдельной статье.)

Следует отметить, что индекс позитивности представляет собой крайне интересную диагностическую переменную. В психологических исследованиях часто встречаются дихотомии (художник – мыслитель, принятие – избегание). Аналогично, интерпретация негативных переживаний обычно происходит в двоичной системе (хорошо или плохо иметь негативные воспоминания?). Сравнение результатов у испытуемых с высоким, средним и низким уровнями позитивности (ANOVA) показало, что выделяется средняя, а не крайние группы – с большим и минимальным относительным количеством неприятных воспоминаний. Именно «гармоничный» (уравновешенный) образ прошлого, без перекосов в стороны акцентирования или избегания неприятного опыта, соответствует максимальному тематическому разнообразию (F = 5,064, p = 0,007) и событийной насыщенности (F = 4,863, p = 0,009).

Прагматическому типу автобиографической памяти соответствует высокий индекс позитивности, то есть явное преобладание позитивных воспоминаний. Другими словами, именно позитивные воспоминания наиболее точно соответствуют задаче «извлечения жизненных уроков» (хотя в народной мудрости зафиксирован устойчивый стереотип «учиться на ошибках»).

«Саморегуляционный тип» автобиографической памяти

Обращение к прошлому происходит преимущественно с целью управления своими психическими состояниями: автобиографические воспоминания позволяют регулировать настроение, мотивацию, а также выполняют функцию «повторного переживания определенных моментов прошлого» (по данным самоотчетов испытуемых). Специфика структуры данного типа автобиографической памяти состоит в умеренном количестве позитивных воспоминаний, относящихся к среднему количеству жизненных тем, – вероятно, сформировавшийся набор воспоминаний о приятных моментах прошлого, актуализация которых позволяет наиболее эффективно управлять своим психическим состоянием. Данный тип автобиографической памяти наблюдается у людей со слабой (F = 5,836, p = 0,006) и активированной нервной системой (возбудимость), то есть АП становится средством, с помощью которого субъект компенсирует природные ограничения произвольной саморегуляции. Носители данного типа АП чаще проявляют такие личностные черты, как мечтательность (М по 16ЛФ) и импульсивность (–Q3 по 16ЛФ).

«Коммуникативный тип» автобиографической памяти

Преимущественное использование личных воспоминаний в качестве предмета коммуникации – общие воспоминания позволяют устанавливать новые и поддерживать старые социальные контакты. Данный тип автобиографической памяти может быть реализован на любом количестве значимых воспоминаний о личном прошлом, специфичным является относительно более поздний возраст первого события, представленного на «Линии Жизни» (по нашему мнению, причина обнаруженной закономерности в том, что содержанием коммуникации в большей мере являются события недавнего прошлого [Hyman, Faries, 1992]). Носители данного типа АП демонстрируют сензитивность (I по 16ЛФ) и чаще проявляют свойство инактивированности нервной системы (амплитуда альфа-ритма достоверно выше, F = 5,168, p = 0,009). Показательными являются ответы на вспомогательные вопросы TALE: обладатели данного типа АП «часто рассказывают» о своем прошлом, но «редко вспоминают» о нем.

«Экзистенциальный тип» автобиографической памяти

Отличается высоким уровнем развития всех функций автобиографической памяти (полифункциональность). Данный тип характеризуется максимальным количеством воспоминаний, которые относятся к широкому репертуару жизненных тем. Носители данного типа АП демонстрируют такие черты, как самодостаточность (Q2 по 16ЛФ) и организованность (Q3 по 16ЛФ). Физиологической предпосылкой наиболее полного развития экзистенциального типа АП являются свойство силы (реакция усвоения ритма при фотостимуляции с частотой 5 Гц, F = 5,484, p = 0,007) и свойство лабильности нервной системы (реакция усвоения ритма при фотостимуляции с частотой 18 Гц, F = 4,245, p = 0,025).

Выводы

1. Дифференциально-психологическое исследование позволило установить ряд гендерных и возрастных особенностей автобиографической памяти:

a) гендерная специфика проявляется в различиях функционального репертуара использования автобиографической памяти. Женщины статистически чаще реализуют коммуникативную функцию автобиографической памяти и используют автобиографические воспоминания полифункционально. При этом их автобиографическая память характеризуется более широкой представленностью негативно эмоционально окрашенных мнемических содержаний по сравнению с мужской выборкой;

b) возрастная специфика проявляется в функционально избыточных количественных показателях автобиографической мнемической продукции у младшей группы респондентов. Данный результат мы связываем с фактом позднего развития автобиографической памяти в онтогенезе и, следовательно, недостаточной ее сформированностью в юношеском возрасте. При этом максимальное тематическое и функциональное развитие автобиографическая память получает в средних возрастных диапазонах.

2. В результате реализации функционально-типологического подхода в комплексном исследовании были выделены четыре типа автобиографической памяти, каждый из которых характеризуется закономерным сочетанием ее функциональных и структурных параметров, а также физиологических предпосылок и личностных черт.

«Прагматический тип» автобиографической памяти: явное преобладание позитивных воспоминаний, используются чаще всего для извлечения жизненных уроков и планирования будущих действий. Носители данного типа памяти чаще проявляют свойство силы нервной системы, а также личностные черты «социальный интеллект» (N по 16ЛФ) и «радикализм» (Q1 по 16ЛФ).

«Саморегуляционный тип» автобиографической памяти: обращение к прошлому происходит преимущественно с целью управления своими психическими состояниями. Умеренное количество преимущественно позитивных воспоминаний, относящихся к ограниченному количеству жизненных тем. Носители данного типа чаще проявляют свойство активированности нервной системы, а также личностные черты «мечтательность» (М по 16ЛФ) и «импульсивность» (Q3 по 16ЛФ).

«Коммуникативный тип» автобиографической памяти: преимущественное использование личных воспоминаний в процессе социального взаимодействия. Данный тип АП может быть реализован на любом количестве значимых воспоминаний о личном прошлом, специфичным является относительно более поздний возраст первого события, представленного на «Линии Жизни». Носители данного типа чаще проявляют свойство инактивированности нервной системы, а также личностные черты «сензитивность» (I по 16ЛФ) и «радикализм» (Q1 по 16ЛФ).

«Экзистенциальный тип» автобиографической памяти отличается высоким уровнем развития всех функций АП. Высокий уровень всех количественных и содержательных показателей АП, то есть их Линия Жизни отличается высокой событийной насыщенностью, а воспоминания относятся к широкому репертуару жизненных тем. Носители данного типа демонстрируют личностные черты «организованность» (Q2 по 16ЛФ) и «организованность» (Q3 по 16ЛФ). Физиологическими предпосылками наиболее полного развития данного типа автобиографической памяти являются свойство силы нервной системы и свойство лабильности нервной системы.


Литература

Василевская К.Н. Разработка и апробация опросника «Функции автобиографической памяти личности» // Психологическая наука и образование. 2008. N 4. С. 101–109.

Голубева Э.А. Способности. Личность. Индивидуальность. Дубна: Феникс+, 2005.

Изюмова С.А. Природа мнемических способностей и дифференциация обучения. М.: Наука, 1995.

Кабардов М.К. Коммуникативные и когнитивные составляющие языковых способностей (индивидуально-типологический подход): aвтореф. дис. … д-ра психол. наук. М., 2001.

Кабардов М.К. К истории становления дифференциальной психофизиологии в психологическом институте // Вопросы психологии. 2004. N 2. С. 81–91.

Карлинская И.М. 38 психодиагностических методик / Фак. психологии МГУ им. М.В.Ломоносова. М., 2002.

Немова Ю.А. Особенности автобиографической памяти у больных с эндогенными аффективными расстройствами: дипломная работа / Фак. психологии МГУ им. М.В.Ломоносова; науч.рук. В.В.Николаева. М., 2004.

Николаева В.В., Арина Г.А., Каюкова Н.Н. Телесный опыт в контексте личной биографии // Ежегодник Российского психологического общества: Материалы 3-го Всероссийского съезда психологов, 25–28 июня 2003 г.: в 8 т. СПб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2003. T. VI. C. 72–75.

Нуркова В.В. Свершенное продолжается: Психология автобиографической памяти личности. М.: Изд-во УРАО, 2000.

Нуркова В.В. Память // Общая психология: в 7 т. / под ред. Б.С.Братуся. М.: Академия, 2006. Т. 3.

Нуркова В.В. Анализ феноменологии автобиографической памяти с позиций культурно-исторического подхода // Культурно-историческая психология. 2008. N 1. С. 17–26.

Alea N., Bluck S., Semegon A. Young and Older Adults' Expression of Emotional Experience: Do Autobiographical Narratives Tell a Different Story? // Journal of Adult Development. 2004. Vol. 11(4). P. 235–251.

Berntsen D., Rubin D.C. Emotionally Charged Autobiographical Memories across the Life Span: The Recall of Happy, Sad, Traumatic, and Involuntary Memories // Psychology and Aging. 2002. Vol. 17. P. 636–652.

Bluck S. Autobiographical memories: a building block of life narratives // Kenon G., Clark P. (Eds.) et al. Narrative gerontology: Theory, research and practice. New York, NY: Springer, 2001. P. 67–89.

Bluck S. Autobiographical memory: Exploring its functions in everyday life // Memory. 2003. Vol. 11(2). P. 113–123.

Burt C.D.B., Kemp S., Conway M.A. Themes, events, and episodes in autobiographical memory // Memory and Cognition. 2003. Vol. 31(2). P. 317–326.

Cappeliez P., O’Rourke N. Personality traits and existential concerns as predictors of the functions of reminiscence in older adults // Journal of Gerontology Series B: Psychological Sciences and Social Sciences. 2002. Vol. 57(2). P. 16–23.

Cohen G. The effects of aging in autobiographical memory // C.P.Thompson, D.J.Hermann, D.Bruce, J.D.Read, D.G.Payne, M.P.Toglia (Eds.). Autobiographical memory: theoretical and applied perspectives. Mahwah, NJ: Lawrence Erlbaum Assosiates Inc. 1998. P. 105–123.

Conway M.A. Commentary: Cognitive–affective mechanisms and processes in autobiographical memory // Memory 2003. Vol. 11. P. 217–224.

Dalgleish T., Tchanturia K., Serpell L, Hems S., Yiend J., de Silva P., Treasure J. Self-reported parental abuse relates to autobiographical memory style in patients with eating disorders // Emotion. 2003. N 3. P. 211–222.

Davis P. Gender differences in autobiographical memory for childhood emotional experiences // Journal of Personality and Social Psychology. 1999. Vol. 76(3). P. 498–521.

Fivush R., Berlin L.J., Cassidy J. Functions of parent-child reminiscing about emotionally negative events // Memory. 2003. Vol. 11. P. 179–192.

Horselenberg R., Merckelbach H., van Breukelen G., Wessel I. Individual Differences in the Accuracy of Autobiographical Memory // Clinical Psychology and Psychotherapy. 2004. Vol. 11(3). P. 168–176.

Jinliang Q. An experimental study on development of cuing retrieval in lifespan of autobiographical memory // Psychological Science (China). 2004. Vol. 27(4). P. 847–849.

Labouvie-Vief G., Lumley M., Jain E., Heinze H. Age and gender differences in cardiac reactivity and subjective emotion responses to emotional autobiographical memories // Emotion. 2003. Vol. 3(2). P. 115–126.

Merckelbach H., Wessel I., Horselenberg R. The accuracy of autobiographical memory: a replication of Barclay and Wellman (1986) // Behavioral and Cognitive Psychotherapy. 1997. Vol. 25. P. 103–111.

Nelson K. Self and social functions: Individual autobiographical memory and collective narrative // Memory. 2003. Vol. 11. P. 125–136.

Niedzwienska A. Gender differences in vivid memories // Sex Roles. 2003. Vol. 49(7–8). P. 321–331.

Niesser U. Memory: What are the important questions? // M.M.Greeneberg, P.E.Morris, R.N.Sykes (Eds.). Practical aspects of memory. London, England: Academic Press, 1978. P. 3–19.

Pasupathi M. Emotion regulation during social remembering: Differences between emotions elicited during an event and emotions elicited when talking about it // Memory. 2003. Vol. 11. P. 151–163.

Pillemer D. Directive functions of autobiographical memory: The Guiding power of the specific episode // Memory. 2003. Vol. 11(2). P. 193–202.

Pillemer D., Wink P., DiDonato T., Sanborn R. Gender differences in autobiographical memory styles of older adults // Memory. 2003. Vol. 11. P. 525–533.

Ross M., Holmberg D. Recounting the past: Gender differences in the recall of events in the history of a close relationship // Olson J., Zanna M. (Eds.). Self-inference processes: The Ontarioo symposium. Hillsdale, NJ: Erlbaum, 1990. Vol. 6: Ontario Symposium on Personality and Social Psychology. P. 135–152.

Rubin D. The distribution of autobiographical memory across the lifespan // Memory and Cognition. 1997. Vol. 25(6). P. 859–866.

Rubin D. The distribution of early childhood memories // Memory. 2000. Vol. 8(4). P. 265–269.

Rubin D., Schulkind M., Rahhal T. A study of gender differences in autobiographical memory: Broken down by age and sex // Journal of Adult development. 1999. Vol. 5(1). P. 61–72.

Rubin D., Siegler I. Facets of personality and the phenomenology of autobiographical memory // Applied Cognitive Psychology. 2004. Vol. 18(7). P. 913–931.

Seidlitz L., Diener E. Sex differences in the recall of affective experiences // Journal of Personality and Social Psychology. 1998. Vol. 74(1). P. 262–272.

Webster J.D. The reminiscence circumplex and autobiographical memory functions // Memory. 2003. Vol. 11. P. 203–215.

Wessel I., Merckelbach H., Kessels C., Horselenberg R. Dissociation and autobiographical memory specificity // Clinical Psychology and Psychotherapy. 2001. Vol. 8(6). P. 411–416.

Williams J., Sliles W., Shapiro D. Cognitive mechanisms in the avoidance of painful and dangerous thoughts: elaborating the assimilation model // Cognitive Therapy and Research. 1999. Vol. 23. P. 285–306.

Wilson A.E., Ross M. The identity function of autobiographical memory: Time is on our side // Memory. 2003. Vol. 1(2). P. 137–149.

Поступила в редакцию 18 февраля 2011 г. Дата публикации: 17 апреля 2011 г.

Сведения об авторах

Василевская Ксения Николаевна. Кандидат психологических наук; старший научный сотрудник, Психологический институт Российской академии образования; доцент, Московский городской психолого-педагогический университет. Адрес для переписки: Психологический институт, ул. Моховая, д. 9, стр. 4, 125009 Москва, Россия.
E-mail: Данный адрес e-mail защищен от спам-ботов, Вам необходимо включить Javascript для его просмотра.

Кабардов Мухамед Каншобиевич. Доктор психологических наук, профессор; заведующий лабораторией дифференциальной психологии и психофизиологии, Психологический институт Российской академии образования; заведующий кафедрой общей психологии, Московский городской психолого-педагогический университет. Адрес для переписки: Психологический институт РАО, ул. Моховая, д. 9, стр. 4, 125009 Москва, Россия.
E-mail: Данный адрес e-mail защищен от спам-ботов, Вам необходимо включить Javascript для его просмотра.

Нуркова Вероника Валерьевна. Доктор психологических наук, доцент; кафедра общей психологии, Московский государственный университета им. М.В.Ломоносова; профессор, Московский городской психолого-педагогический университет. Адрес для переписки: Факультет психологии МГУ им. М.В.Ломоносова, ул. Моховая, д. 11, стр. 9, 125009 Москва, Россия.
E-mail: Данный адрес e-mail защищен от спам-ботов, Вам необходимо включить Javascript для его просмотра.

Ссылка для цитирования

Василевская К.Н., Кабардов М.К., Нуркова В.В. Индивидуально-типологические особенности автобиографической памяти [Электронный ресурс] // Психологические исследования: электрон. науч. журн. 2011. N 2(16). URL: http://psystudy.ru (дата обращения: чч.мм.гггг). 0421100116/0013.
[Последние цифры – номер госрегистрации статьи в Реестре электронных научных изданий ФГУП НТЦ "Информрегистр". Описание соответствует ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка". Дата обращения в формате "число-месяц-год = чч.мм.гггг" – дата, когда читатель обращался к документу и он был доступен.]

К началу страницы >>